В годы Великой Отечественной войны немцы дошли и до Советской Армении, но только как военнопленные. Мы говорим "немцы", но среди пленных были и итальянцы, венгры, румыны, австрийцы, болгары, финны, представители других народов, которые воевали против Советского Союза в рядах фашистского альянса.
По разным данным, в ходе войны советская армия взяла в плен примерно 2,5 миллиона солдат и офицеров.
В 1943 году число пленных так возросло, что возникла проблема их содержания. Было решено распределить их по разным союзным республикам. В качестве рабочей силы пленных отправляли главным образом на предприятия, стройки, заводы и рудники. Иногда их вовлекали даже в сельскохозяйственные работы.
Около 20 тысяч военнопленных было отправлено в Советскую Армению. Здесь их официально зарегистрировали в лагере №115. В ответ на запрос Sputnik Армения из Управления учета и архивных фондов СНБ Армении сообщили, что согласно документам в годы Великой Отечественной войны для проведения строительных работ в 115-й лагерь НКВД СССР в Армении были направлены 16 160 военнопленных 20 национальностей.
Это был сборный пункт, из которого пленных переправляли в другие места. По некоторым подсчетам, немецкие военнопленные выполнили в Армении работ на полмиллиарда рублей. На территории республики действовало более десяти маленьких лагерей: в Ереване, Ленинакане (Гюмри), Артике, Абовяне, Кировакане (Ванадзор), Амамлу (Спитак), Кафане (Капан), Севане и Арарате.
Фото из архива музея истории Еревана
Фото из архива музея истории Еревана
При разговоре о немецких военнопленных представители старшего поколения вспоминают, что те построили мост Победы в Ереване. В действительности строительство началось раньше, чем немцы оказались в Армении - в 1941 году, а военнопленные присоединились к работам после Сталинградской битвы.
Возведение моста длилось почти 5 лет.
Строительными работами семиарочного моста руководил заведующий кафедрой дорог и мостов Политехнического института Симон Овнанян, архитекторами были А. Мамиджанян и А. Асатрян.

Одной из строительных бригад руководил Грант Ованнисян, отец которого в свое время был объявлен врагом народа, заключен в тюрьму из-за своих националистических взглядов и сослан в Сибирь. Детей врагов народа в советское время не считали благонадежными людьми, однако Гранта Ованнисяна назначили бригадиром, поскольку он был мастером своего дела. Об отце рассказывает Арамаис Гарегинян (фамилию в советское время поменяли во избежание ассоциаций с отцом).

Грант Ованнисян
Грант Ованнисян - в центре
Больше всего запомнилась такая история.

«
"Однажды кто-то из строителей позвал отца, мол, посмотри, Грант, что мы нашли. Строители наткнулись на огромный металлический столб, когда рыли землю под фундамент. Отец считал этот столб знаком: значит, место для фундамента выбрано верно",
- рассказывает Гарегинян и отмечает, что отец на какое-то время приостановил работы в этой части, чтобы специалисты изучили находку. Однако речь шла о строительстве стратегического значения, которое велось под строгим надзором советских солдат, и каждая ошибка могла стоить жизни. Потому строительство вскоре возобновилось, а огромный металлический столб был погребен под слоем бетона и так и остался в основании моста.
Случай, который смог бы полностью перевернуть все устоявшиеся представления о мировой эволюции, произошел в Ереване в далекие годы Отечественной войны.
Фото из архива музея истории Еревана
Арамаис Гарегинян помнит рассказы отца об опрятности немецких военнопленных. Даже будучи в плену, они строго следили за своей внешностью и гигиеной, умывались речной водой, регулярно брились, несмотря на тяжелый труд. Отец нередко рассказывал о честности и трудолюбии немцев.
Фото из архива музея истории Еревана
Фото из архива музея истории Еревана
"Работая до изнеможения, они тем не менее любое поручение выполняли максимально хорошо",
- рассказывает Гарегинян, добавляя, что пленные немцы были при этом пунктуальны и добросовестны.

»
Фото из архива музея истории Еревана
Директор Музея истории Еревана Армине Геворкян вспоминает случай, о котором ей рассказал один из бывших прорабов, отвечающих за строительство моста Победы.

«
"Работая на стройке, передавая друг другу камни или ведра, наполненные водой, немцы что-то произносили вполголоса. Прислушавшись, прораб понял, что они говорили друг другу "бите шен"
("пожалуйста"), "данке шен" ("спасибо"). Они хоть и были пленными, но не забывали о простой вежливости".

»
Фото из архива музея истории Еревана
Второе после моста Победы сооружение, в возведении которого участвовали военнопленные – базальтовые опорные стены на улице Сараланджи, ведущей к парку Победы. Качество работы чувствуется и здесь: за 75 лет, прошедших с того времени, от стены оторвалось только несколько камней, остальные стоят на месте как молчаливые свидетели истории немецких военнопленных.
Из памяти искусствоведа Сергея Аракеляна не стерлось ничего: лица, события, происшествия – он все помнит до мелочей, будто это было вчера. Например, как в 1942-43 годах здание школы, в которой он учился, использовали как военный госпиталь, а учащихся и учителей перевели в здание напротив (речь идет о школе №33 имени Налбандяна).

Сергей Аракелян
Школа №33 имени М.Налбандяна
Почти 90-летний дедушка хорошо помнит, как они в сороковых сбегали с уроков.

«

Сергей Аракелян
"Мы специально ходили на улицу Шрджанаин, чтобы посмотреть на работавших там немцев. Наша учительница армянского знала, куда мы идем, но всегда предупреждала об осторожности, чтобы о наших "походах" не стало известно коменданту. А мы даже не знали, кто такой "комендант",
- смеясь, рассказывает известный искусствовед, отмечая, что военнопленные производили на них – школьников - хорошее впечатление. Они кое-как говорили по-русски, ограничиваясь фразой "мальчик, здравствуй". Этого было достаточно, чтобы получить от любопытных ребятишек хлеб и сахар. Немцы же в знак благодарности непременно дарили игрушки. В памяти Аракеляна отчетливо запечатлелся еще один момент: даже конвоиры не смотрели на пленных как на врагов, к тому же те отличались истинно немецкой дисциплинированностью.
Фото: hinyerevan.com
Фото: hinyerevan.com

Сергей Аракелян
"Был среди немцев один парень, музыкант, часто играл на губной гармошке. Как-то он наиграл
"Крунк" ("Журавль"), мы дали ему понять, что это армянская народная песня. Он объяснил, что в Германии у него был друг-армянин, который и научил его этой мелодии".

»
Бытует еще одна история, правда это или выдумка, неизвестно. Возможно, это лишь красивая городская легенда. Рассказывают, что как-то один водитель увидел здесь мужчину – тот стоял, прислонившись к стене, и плакал. Водителю показалось, что ему нехорошо и поспешил на помощь. Пожилой мужчина-иностранец с трудом объяснил, что был военнопленным в Армении и клал эти камни своими руками.

Фото: hinyerevan.com
Фото: hinyerevan.com
Национальный Академический театр оперы и балета им. А. Спендиаряна был основан в 1933 году. Немецких военнопленных в Армении тогда и в помине не было. В тот год Адольф Гитлер только стал канцлером Германии. В 1946 году Нине Алексанян было лет 13-14. Жили они по соседству с оперным театром, на перекрестке улицы Туманяна и проспекта Маштоца. Девочка училась во вторую смену, уроки в школе начинались в 13:30.

Нина Алексанян - в центре фотографии, улыбающаяся

«

Нина Алексанян
"Как-то по дороге в школу я увидела пленных во дворе театра. Здание уже было построено, строительные работы проводились, в них участвовали и немцы",
- вспоминает микробиолог Нина Алексанян. С того дня она всегда шла в школу через парк, чтобы получше разглядеть строителей-"новичков".
"Они знали несколько слов по-русски. Помню, как они говорили: "Девочка, хлеб".
Нина была не единственным ребенком в семье, детей было четверо, и мать получала хлеб по карточкам в расчете на каждого человека, делила его, планировала, когда и сколько граммов нужно съесть. А еще она откладывала хлеб детям на школьный завтрак. Так, маленькая Нина начала делиться своей порцией хлеба с военнопленными. Иногда она делала это с ведома матери, но чаще – по собственной воле. Нина была школьницей, но хорошо помнит молодых и симпатичных немцев. Хлеб девочка давала тому, кто был ей симпатичен.
"Некоторые даже знали меня по имени, называли Ниной. У них была серая одежда и шапочки. Помню, что один из пленных своими руками смастерил для меня деревянную куклу в знак благодарности. В один из дней я вновь пошла в парк, но их уже не было. Стала расспрашивать о немцах у находящихся там рабочих. Мне сказали, что они уехали".

»
В сороковые годы многие ереванские ребятишки нередко получали в подарок от немецких военнопленных игрушки – куклы и статуэтки из дерева и камня.

Рубен Гюльмисарян вспоминает, что на полке у отца хранился деревянный свисток, им разрешалось играть только дома, но его ни в коем случае нельзя было выносить во двор или на улицу. Только спустя годы Гюльмисарян узнал, что свисток отцу подарил военнопленный.

Рубен Гюльмисарян
В те годы в Ереване шло активное строительство жилых домов, в которое были вовлечены и немецкие военнопленные. Архитектор Грач Погосян говорит, что город в то время был другим. К примеру, улицы Баграмяна не было как таковой, на ее месте был лес. В 1946-1947 годах военнопленные начали строить там дом из розового туфа. Он стал первым на улице Баграмяна.

Слева - Спартак Хачикян, Артур Тарханян, Грач Погосян
Баграмяна, 1
Улица Баграмяна, 1948 г․
Фото: hinyerevan.com
Улица Баграмян 1948 г․
Фото: hinyerevan.com

«

Грач Погосян
"Помню, как они тесали камни, сидя на тротуаре в поношенной военной форме. Они работали на стройке, а заодно изготавливали всякие безделушки и обменивали их на еду".
Погосян хорошо помнит электрические плиты из туфа, которые прохожие "покупали" в обмен на еду.
"Они изготавливали небольшие фигурки и статуэтки из туфа и дарили их детям. Не помню, когда и куда делись военнопленные, но во время наводнения в Ереване их уже не было".

»
Крупное наводнение произошло в Ереване 25 мая 1946 года. В то время в Советской Армении еще оставались военнопленные, но их постоянно перевозили: где-то строительство заканчивалось, где-то начиналось.

Крупное наводнение в Ереване, 1946 г.
Фото: hovikcharkhchyan.wordpress.com
Своими воспоминаниями о Ереване тех лет делится дедушка Роберт Даштоян. Его семья жила тогда по адресу Налбандяна, 130. Сейчас их двора уже нет: с тех пор в Ереване многое изменилось.

Слева - Роберт Даштоян

«

Роберт Даштоян
"В то время за зданием милиции из красного туфа находилась котельная, там пленные грелись. Они приносили с собой каменный уголь и топили им. Жили тогда люди трудно, нашей семье тоже приходилось туго, но мама жалела немцев, давала нам хлеб, чтобы мы отнесли его им, но так, чтобы конвойные не видели. Немцы работали под надзором солдат, и мы, играя, передавали им хлеб. Солдаты нам ничего не говорили".

»
Здание на улице Баграмяна, 1950 г.
Сергей Баблумян жил неподалеку от моста Победы, в доме 14 по улице Шаумяна (сейчас - Закяна). Он помнит, как военнопленных каждый день под надзором солдат приводили на стройплощадку.

«

Сергей Баблумян
"Там была большая цистерна, в которой они хранили самодельные безделушки: разные погремушки, деревянные куклы, свистки".
"На третьем этаже в нашем доме жил Спартак Кнтехцян, ставший впоследствии известным архитектором. Тогда он был молод, недавно вернулся с войны, где лишился ноги. Интересно, что его родители проявляли гуманизм – тоже передавали немцам еду. А ведь их сын стал инвалидом на войне".
Баблумян вспоминает, что военнопленные изготавливали столы и стулья, которые обменивали на еду. И соседи Баблумянов шутили, что в их домах – немецкая мебель.

»
Оператор Левон Григорян немецких военнопленных не видел. Зато их прекрасно помнил его отец - Иван Григорян. Он был участником Великой Отечественной, дошел до Берлина. После войны на улице Шаумяна (Закяна) в Ереване начали строить жилые дома. В строительные работы были вовлечены не только военнопленные, которые были основной рабочей силой, но и будущие жильцы этих домов. В их числе был и отец Левона. Он и рассказывал детям о пленных.

Иван Григорян - отец Левона Григоряна
Иван Григорян - в центре

«

Левон Григорян

"Отец воевал против немцев, но не был настроен против них, не был озлоблен. Даже давал им хлеб и воду",
- говорит Левон.

»
Улица Закяна
Немецкие военнопленные закладывали фундамент хранилища древних рукописей
"Матенадаран", участвовали в строительстве музыкальной школы имени Саят-Новы в Ереване, жилых домов на проспекте Маштоца, улицах Туманяна, Нар-Доса, а также туннеля от проспекта Маштоца к детской железной дороге, стадиона
"Динамо". Немецкие военнопленные оставили о себе добрую "строительную" память и в других регионах Армении. Так, они построили здание психиатрической лечебницы в Севане, двухэтажное общежитие в Армавире и т.д.

Стадион "Динамо" 50-60 годы
Детская железная дорога, 1950-е годы
Туннель от проспекта Маштоца к детской железной дороге
В Советской Армении, как на всем советском пространстве, велись активные строительные работы, бурно развивалась промышленность, в том числе химическая и горнодобывающая. Военнопленных, отправленных в Армению, распределили по всей территории республики. Они были заняты главным образом в строительстве, но были среди них и такие, что работали на заводах. Полный "послужной список" военнопленных неизвестен. Рассказывают, что они работали на сахарном заводе в Спитаке, на Ванадзорском химкомбинате, "Наирите", бывшем заводе имени Кирова, на алюминиевом заводе в Канакере. Просмотрев сотни фотографий в национальном архиве, мы, наконец, нашли фотографию лагеря военнопленных, который находился на территории Канакерского алюминиевого завода, знаменитого КанАЗа.
Фотографии лагеря военнопленных на территории Канакерского алюминиевого завода
"Наирит", 1960-е годы
Алюминиевый завод в Канакере, 1945-1948 годы
Сахарный завод в Спитаке, 1946-1947 годы
Севанская ГЭС, 1947-49 годы
Согласно архивам СНБ, военнопленные участвовали в строительстве гидроэлектростанции в Севане и фабрики по производству сахара в Спитаке, работали на Араратской цементной фабрике. Точной информации о количестве военнопленных, осуществлявших строительные работы на этих объектах нет, так же, как нет информации о возведении других строений.
Кстати, среди архивных фотографий Севанской ГЭС мы нашли фото главного инженера, подписанное "Н.В.Тиден". Тиден – шведская фамилия. В годы Второй мировой войны Швеция официально объявила о политике нейтралитета, однако порой нарушала его в пользу Германии. Немцы работали и на строительстве Канакерской гидроэлектростанции.
Главный инженер Севанской ГЭС Н.В.Тиден, 1940-е годы
Известно также, что квалифицированных специалистов из числа военнопленных не отправляли на тяжелые работы, они выступали в роли консультантов.
Среди военнопленных были как простые немецкие солдаты, так и идейные нацисты и военные преступники. Но были среди них и талантливые ремесленники, инженеры, архитекторы и даже ученые. История не сохранила их имен, но вот одного из них – Конрада Лоренца – в Армении помнят. Известный австрийский зоолог, этолог или, иначе говоря, психолог животных, провел здесь два года в плену. Впоследствии он даже был удостоен Нобелевской премии за заслуги в своей сфере деятельности.

Конрад Лоренц
Старожилы Капана рассказывают, что к ним привозили в основном военнопленных-румын. Их бараки находились неподалеку от вокзала. Работали они на рудниках, строили дороги, например, дорогу Капан-Каджаран.

Историк, специалист по истории Советской Армении Климент Арутюнян сожалеет, что за сорок лет работы ему не представилась возможность вплотную заняться темой военнопленных. В советские годы она была запретной. Можно было обращаться к военным подвигам, но эта страница советской истории была закрыта для специалистов.

И хотя уроженцу Капана Клименту Арутюняну не удалось изучить данную тему в качестве историка, сохранились детские воспоминания о военнопленных-румынах, которые работали в его родном городе. Румыны, говорит он, были настолько дисциплинированны, что контроль над ними был не особо нужен. По его словам, к заключенным относились куда строже, чем к военнопленным.

«

Климент Арутюнян


"Местные жители были в настолько тесных отношениях с ними, что даже домой к себе звали, угощали",
- рассказывает Арутюнян, добавляя, что капанские дети нередко относили еду военнопленным, для них это было своеобразной забавой. Он и сам делал это, за что получил в подарок деревянную игрушку.
"Это была очень интересная игрушка: фигурка человека на турнике. Стоило нажать на нее сбоку и фигурка человека совершала обороты на турнике. Я не сохранил эту игрушку, тогда мне и в голову не приходило, что она может стать чем-то важным",
- вспоминает историк и добавляет, что своими глазами видел, как румыны строили в Капане мост.
Мост в Капане, построенный военнопленными

Климент Арутюнян
"Работали они на совесть, все делали качественно. Помню, в 1947-48 годах во время наводнения река вышла из берегов, все мосты смыло водой, а тот, что строили румыны, выдержал. Очень хорошо помню это, ведь тогда я ходил в школу по мосту, построенному румынами".

»
Некоторые капанцы уверяют, что румыны построили не один, а три моста. Чаще других они упоминают мост по соседству с памятником Давиду Беку. Разумеется, речь идет о старом мосте. Несколько лет назад мост отремонтировали, и сейчас он выглядит иначе.
В 1948 году в стране объявили амнистию, и уже бывшим военнопленным было разрешено вернуться домой. Однако вернулись не все.
Кладбище военнопленных в Гюмри
Кладбище военнопленных в Гюмри
Некоторые скончались от ран, полученных на войне, или от болезней.

По некоторым данным, на территории бывшего СССР –
1722
военные могилы, в которых похоронено примерно 230 тысяч немецких военнопленных.
По некоторым данным, на территории бывшего СССР – 1722 военные могилы, в которых похоронено примерно 230 тысяч немецких военнопленных.

Разные источники указывают на
1300-1500
военнопленных, умерших в Армении.
Разные источники указывают на 1300-1500 военнопленных, умерших в Армении.
Могилы военнопленных сохранились в разных регионах Армении: в Ереване, Абовяне, Арарате, Спитаке, Капане, Ванадзоре, Гюмри, Севане. В Армении - 14 захоронений. Здесь похоронены люди разных национальностей, воевавших в составе гитлеровских войск, в том числе пятеро люксембуржцев. За сохранением этих памятников следит действующий в Германии фонд. Каждый год в третье воскресенье ноября в Германии отмечается Всенародный день скорби (Volkstrauertag). Изначально это был день памяти немцев, погибших во время Первой мировой войны, но с 1948 года он отмечается как день скорби по жертвам двух мировых войн. Этот день – напоминание о жертвах насилия, независимо от их национальной принадлежности.
Кладбище военнопленных в Ереване
Кладбище военнопленных в Гюмри
Памятник венгерским военнопленным напротив культурного центра Гранта Матевосяна
В архивах СНБ хранятся данные о 14 800 военнопленных, которые в 1945-1949 гг. были переведены в лагеря или в госпитали других стран.
Некоторые из них не вернулись на родину, поскольку обрели свой дом здесь, в Армении. Однако какой-либо информации об оставшихся в нашей стране военнопленных попросту нет.

Впрочем, немало таких "оседлых" историй можно услышать и в Капане. Вася Когур – самый известный румын, связавший судьбу с Арменией.
Нина Даниелян, написавшая книгу об истории Капана, подробно рассказала в ней о Васе Когуре, познакомившемся в годы плена с женщиной по имени Ваануш, муж которой не вернулся с войны.

Так судьба соединила румына Васю и армянку Ваануш. Историю Нины Даниелян дополняет дочь Васи и Ваануш - Венера Саркисян (в девичестве Когур). По ее рассказу, отец жил в одном из приграничных сел в Западной Украине, населенном румынами. Знает Венера немного, поскольку отец не любил говорить о прошлом: бывший военнопленный не мог избавиться от чувства страха.

Вася Когур
Вася Когур рассказывал дочери, что сначала работал на руднике, а потом на лесопилке.
Слева - Вася Когур, мать Васи, Ваануш и дети
Слева - Вася Когур, мать Васи, Ваануш и дети

«
"Отец рассказывал, что жили они плохо, было трудно, но люди так хорошо к ним относились, что многие здесь обосновались. Он начал ходить на стоматологические курсы в Горисе, стал стоматологом, в Капане его очень любили и уважали",
- вспоминает Венера и добавляет, что в Румынии отец учился в гимназии с будущим католикосом Вазгеном I. Католикос как-то узнал, что Вася остался жить в Армении. Дочь отмечает, что после этого Вазген I очень помогал бывшему сокурснику.

»
В 1982 году Вася Когур скончался, но его дело продолжил сын, а потом и внук. Так в Капане сохранилась память о румынском военнопленном Васе.
Немецкие военнопленные как неожиданно появились в разных городах Армении, так же неожиданно и исчезли. Рассказывая о них, мы часто употребляли слова и выражения
"говорят, рассказывают, согласно некоторым источникам", так как годами все данные о них строжайшим образом скрывались в архивах КГБ. До сих пор некоторые документы, имена, может, даже фотографии не переданы в Национальный архив Армении, они все еще находятся под контролем правоохранительных органов. Все или почти все вопросы, связанные с этой историей, исчезнут, как только документы станут доступными.

Ясно одно, фашисты добрались до Армении, но не добились своего: вместо того, чтобы разрушать, они строили, вопреки лозунгу не оставлять камня на камне, они ставили эти камни на камни. Прощать врагов – непросто, но это необходимо, чтобы идти дальше.

Есть немало историй о том, что в числе немцев, оказавших помощь армянам после землетрясения в Спитаке, были также бывшие военнопленные. Они не забыли простых людей, приносивших им хлеб и воду в годы плена.


Автор: Марианна Пайтян

Редактор: Ара Налбандян

Перевод с армянского: Наре Мкртчян

Корректор: Марина Нерсисян

Фото: Асатур Есаянц

Бильд-редактор: Андраник Казарян

Видео: Арам Нерсесян

Дизайн: Шушаник Саргсян

Руководитель проекта: Наира Мелкумян