17:40 25 Марта 2017
Ереван+ 13°C
Прямой эфир
ЕАЭС

Нефтегазовый барьер для ЕАЭС

© Sputnik/ Asatur Yesayants
Аналитика
Получить короткую ссылку
107140

Все попытки создать реально работающую зону свободной торговли в рамках СНГ (а первая была предпринята еще в 1993 году) разбивались о вопрос цены на российские нефть и газ для партнеров России.

Иннокентий Адясов, политэксперт — для Sputnik.

Казалось бы, с созданием ЕАЭС эта проблема должна была быть преодолена — Москва согласилась, что ее партнеры по этому союзу будут покупать российскую нефть без уплаты вывозной пошлины (сейчас она составляет 80-85 долларов за тысячу тонн), а природный газ — по ценам, которые рассчитывались бы, исходя из этой формулы цены на нефть (то есть тоже без уплаты вывозной пошлины и с возможными дополнительными скидками).

Но оказалось, что Москва и в первую очередь Минск по-разному считают эту скидку.

Разность счета

С прошлого года непонимание Москвы и Минска в вопросе газовых тарифов стало нарастать. В чем же проблема?

На недавней пресс-конференции президент РБ Александр Лукашенко так объяснил суть проблемы: цена, на которой настаивает "Газпром", — 132 доллара за тысячу кубометров, без уплаты вывозной пошлины, действовала, когда цена на нефть на мировых рынках была около 100 долларов за баррель. Так как цена на нефть с того времени весьма существенно упала, цена на российский газ, по расчетам Минска, должна составить 73 доллара за тысячу кубометров (в виде компромисса Беларусь готова платить чуть больше 100 долларов за тысячу кубометров. Для сравнения: текущая цена на российский газ для ФРГ составляет около 160 долларов за тысячу кубов).

Однако Москва с такими расчетами не согласилась и продолжает настаивать на погашение Минском 550 млн долларов долга за уже поставленный газ.
Дальше "Газпром" допускает переговоры по новой цене.

Вопрос газового долга должен был отдельно обсуждаться во время личной встречи президентов России и Беларуси (в начале февраля, в рамках Высшего государственного совета Союзного государства). Но пока неясно, состоится ли встреча.

В качестве ответной меры в споре по газовому долгу Москва ограничила поставки нефти на НПЗ Беларуси, и как следствие — произошло падение валютной выручки РБ от продажи нефтепродуктов за границу.

Экспортные поставки белорусских нефтепродуктов в 2016 году снизились в физическом выражении на 23% и составили 13 млн тонн.

В денежном выражении экспорт нефтепродуктов в РБ составил в 2016 году 4 млрд долларов и сократился (на фоне снижения мировых цен на нефть) примерно на 40% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года.

В свою очередь Минск резко снизил поставки нефтепродуктов на российский рынок — вместо 1 млн тонн (эта цифра определена межправительственным соглашением между РФ и РБ как некая компенсация России за отказ от вывозной пошлины за белорусские нефтепродукты, произведенные из российской нефти) в 2016 году было поставлено всего 300 тысяч тонн. Белорусские власти объясняли сокращение поставок нефтепродуктов на российский рынок тем, что по ценовым условиям реализация белорусского топлива в России невыгодна.

То есть нефтегазовый спор приобрел весьма серьезный характер.

Как белорус с белорусом

Однако при рассмотрении этого спора многие аналитики упускают крайне важный момент: "Газпром" не поставляет напрямую газ белорусской стороне, все поставки идут через 100-процентную дочернюю компанию российского концерна — "Газпром трансгаз Беларусь".

Эта компания работает в соответствие с законодательством РБ, а прибыль получает от поставок российского газа конечным потребителям.

То есть речь идет о споре белорусских хозяйствующих субъектов, а не межгосударственном споре между Москвой и Минском.

Как представляется, для понижения градуса противоречий этот спор надо рассматривать именно в такой плоскости.

От сокращения поставок российской нефти страдает не только белорусская сторона, но и, в конечном счете, российский бюджет: российские нефтяные компании, сократив поставки (пока речь идет только о 15 млн тонн в 2017 году вместо возможных 24 млн тонн), не платят налоги в российский бюджет на объем этого сокращения.

Перенаправить эти объемы в другие страны Восточной Европы весьма проблематично — там идет жесткая конкурентная борьба с саудовскими, а в скором времени и иранскими поставщиками.

Появление нового объема нефти в Европе может стать началом жесткой демпинговой войны с неизбежным серьезным понижением цен на нефть.

Казахстан тоже хочет

Может ли Минск найти альтернативу российской нефти?

Теоретически, да. В 2014 году, во время очередного нефтяного спора с Россией, Беларусь получила порядка 1 млн тонн сырой нефти из Венесуэлы (из них 300 тонн пришли из Азербайджана, по схеме замещения поставок). Танкеры приходили в порт Одессы и дальше по нефтепроводу доставлялись на Мозырский НПЗ.

Тогда, в преддверии подписания соглашения о ЕАЭС, Москве и Минску удалось договориться по нефтяному вопросу, и проект с поставками альтернативной нефти был заморожен.

Сейчас ряд белорусских экспертов предлагают детально рассмотреть вопрос восстановления поставок азербайджанской нефти и начать детальные переговоры об экспорте иранской нефти.

Но эти проекты можно отнести, скорее, к гипотетическим — непонятна ни логистика, ни возможная стоимость.

Наиболее вероятный и логичный поставщик нефти в Беларусь (если с РФ не будет достигнут компромисс) — это Казахстан.
Астана уже лет десять пытается наладить поставки нефти на белорусские НПЗ (возможна и схема замещения: нефть из РК идет на НПЗ России, а российские нефтяные компании поставляют тот же объем в Беларусь).

Казалось бы, с созданием ЕАЭС этот проект должен был сдвинуться с мертвой точки: основополагающие документы этого интеграционного объединения предполагают равный доступ хозяйствующих субъектов стран-участниц к инфраструктуре друг друга, включая и нефтепроводы.
Однако для этого должны быть четко разработаны механизмы доступа (чего пока нет). Исполнительный орган ЕАЭС — Евразийская экономическая комиссия лишь приступает к созданию нормативных актов.

Дойдет ли до электронных торгов?

Также надо ускорить рассмотрение вопроса о создании единого рынка углеводородов внутри ЕАЭС — пока это планируется сделать лишь в 2025 году.

Что такое общий рынок нефти и нефтепродуктов? По сути, речь идет о создании интегрированных электронных торгов, где Россия и другие члены ЕАЭС смогут предлагать покупателям свои условия поставок, транспортировки и хранения углеводородов в границах единого экономического пространства ЕАЭС.

В этом, кстати, крайне заинтересована и Армения.

Будет обидно, если ЕАЭС из-за проволочек и вечных споров о формате торговли нефтью и газом внутри объединения повторит судьбу ЗСТ СНГ.
Впрочем, этот вопрос решаем — главное, наличие политической воли и понимания перспектив ЕАЭС.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Теги:
тариф, нефть, ЕАЭС, Минск, Москва

Главные темы

Орбита Sputnik